А в Перу уже лето. Ты могла бы ходить не в рейтузах, свитерах и тяжёлых неудобных куртках, а в топике и мини юбке, и красивые смуглые мужчины провожали бы тебя горящими взглядами, отпуская тебе вслед изысканные комплименты. Только представь — океан, тропические джунгли, заснеженные горные вершины, плоскогорье Наска, которое создатели фильма "Воспоминания о будущем" назвали космодромом инопланетян, руины Мачу Пикчу, долина Куско — центр империи инков, древние храмы…

Я сглотнула слюну.

— Вонючее гуано, тысячи орущих бакланов, испражняющихся тебе на голову, дикие, благоухающие протухшим жиром и не говорящие по-испански индейцы, отсутствие асфальтированных дорог и горячей воды, — подхватил менее романтичный Бобчик. — Дизентерия, малярия, жёлтая лихорадка, преступность, военные перевороты…

— Лучше помолчи, — уничтожающе взглянула на него Адела.

"Новый русский" сник. Мне стало его искренне жаль.

— Ну так как, я тебя убедила? — обратилась ко мне Адела.

Я вздохнула.

— А ты не скучаешь по Луису? — нанесла запрещённый удар подруга.

Луис был колумбийским полицейским, с которым я познакомилась пять месяцев назад в клубе "Кайпиринья". Наш бурный роман прервался в самом зените из-за того, что ему пришлось вернуться в Боготу.

— А ведь Перу совсем недалеко от Колумбии, — вкрадчивым тоном змея-искусителя произнесла Адела. — Я уверена, что он смог бы выкроить пару недель, чтобы присоединиться к нашей экспедиции.

Мысль о Луисе окончательно меня доконала.

— Ты права. Уж лучше искать золото в Кордильерах, чем писать книги в промозглой холодной Москве, — сдалась я, мысленно попросив у Бобчика прощения. — Теперь тебе осталось только убедить в этом спонсоров.

— Нет, — решительно сказал Бобчик.

— Вот видишь, он не хочет, — заметила я.

— Ничего, скоро захочет, — пообещала Адела.