Нет, он ни о чем не жалел, глупо жалеть о чем-то, безвылазно сидя в склепе своей заживо похороненной жизни. Он даже не возил с собой монтировки, хотя работал по ночам, - и в этом был тайный умысел. Не слышать еженощного тихого Ингиного поскуливания за стеной. И еще - робкая надежда на то, что его убьют когда-нибудь - ведь сколько говорили об убийствах таксистов!

Но его не убили, хотя он и нарывался на это, как подросток нарывается на драку... О, как же Никита нарывался! Он подсаживал самые сомнительные, самые забубенные компашки, его постоянной клиентурой были наркоманы и щетинистые азербайджанцы с разбойным физиономиями; он мотался в Пушкин и Всеволожск за символическую плату, нарочно притормаживая у соблазнительных лесных массивов, - и ничего не происходило.

Полный ноль. Надо же, дерьмо какое!

Все наркоманы, азербайджанцы, отставные боксеры и братки при исполнении были заодно с Ингой, с ее скребущим душу заклинанием: "Смерть не для тебя".

Но именно в одну из этих окаянных ночей Никита и встретил Корабельникоffа.

Вернее, нашел.

То есть тогда еще Никита не знал, что это и есть почти всемогущий Ока Kopaбeльникoff, владелец мощной пивной империи. И сопутствующих безалкогольных производств. Пиво Никита не любил, предпочитая ему более крепкие напитки, но этикетку "Корабельникоff" видел неоднократно. С некоторых пор "Корабельникоff" имел широкое хождение в народе, постепенно вытесняя более раскрученные брэнды. "Белые воротнички" предпочитали "Корабельникоff Classic" (золото на голубом); "синие воротнички" - "Корабельникоff Porter" (золото на красном), демократическая богема - "Корабельникоff Special" (золото на изысканно-фиолетовом). Продвинутым клубящимся тинам достался золочено-малахитовый "Корабельникоff Original", - не самое плохое продолжение угарной ночи под грандж и марихуану.

Никита впервые увидел Корабельникоffа в состоянии, далеком от классического.



10 из 227