Берзин: Тогда скажи мне, чьи это стихи:

Умей смирять желания свои,

Прячь и храни и радость, и страданье,

Настойчив будь в минуту испытания...

Зорге (изумленно): Мои стихи... Грехи молодости... Как, откуда они у вас?

Берзин (не отвечая, подходит к карте мира): Наш Рихард болен Востоком... Востоком... Япония, Страна Восходящего Солнца. Токио... Мда... (возвращается, садится в кресло). Самое могучее государство Азии. Мощная армия, включая её многомиллионную часть на континенте, в Манчжурии Квантунскую армию. Огромный боевой флот. Высокоразвитая индустрия. И безудержно агрессивная военщина. И жадный до войны дзайбацу.

Зорге: Да, аппетиты у островной империи, прямо скажем, не волчьи, а львиные. Китай, Индокитай, Бирма, Индия, Филиппины, Тихоокеанские острова, Индонезия. Даже есть горячие головы, которым снится захват Австралии, Новой Зеландии.

Берзин: Это если они пойдут на Юг! А если на Север?

Зорге: Наш Дальний Восток, Сибирь, вся - до Урала. Все это обозначено в "меморандуме Танаки".

Берзин: Наш военный атташе в Берлине докладывает, что Гитлер уже имел несколько бесед с послом Японии о заключении двухстороннего пакта, направленного против Советского Союза. Эти данные подтверждаются агентурными сведениями.

Зорге: И я сообщал трижды о приездах эмиссаров Третьего Рейха, которые вели переговоры с японским кабинетом о том же.

Берзин: Я докладывал о них в Политбюро. Острота проблемы усугубляется тем, что Англия, Франция и США активно подталкивают Гитлера и Хирохито в объятия друг друга. Я разделяю твою точку зрения - японцы прочно и надолго завязнут в Китае. И тем не менее мы не вправе игнорировать их патологическую нацеленность на наши земли. Отсюда одна из важнейших задач твоей группы - отвести возможность войны между Японией и СССР.

Зорге: Но все же главная опасность всеобщему миру и нашей стране германский фашизм!