— Ну в час не в час, — неопределенно проговорила Яга, — это я тебе так точно не скажу — сама не летала, не знаю. Может, и в час, может, больше — кто его знает. А только поесть хорошо никогда не помешает.

— Это точно! — подтвердил кот, проглатывая уже восьмой по счету блин. — Покушать хорошо — это в жизни самое главное.

Ели долго. Баян налег на простоквашу, вылакал целый горшок и попросил еще. Больше не оказалось, и он, с грустью облизав лапы, принялся за кусок ржаного хлеба с малиновым вареньем. Андрей же съел только два блина, закусил спелым яблочком и почувствовал, что совершенно сыт. Памятуя вчерашнее приключение, стрелок здраво рассудил, что выходить надо как можно раньше. Но оторвать кота от еды было занятием бесполезным, и он только радовался тому, что Баян доедал уже последний оставшийся пирожок.

— Силен трескать! — не удержался Андрей. — И как в тебя только все влезает?

— Брюхо — оно большое, для каждой вещи свое место найдется, — рассудительно ответствовал кот, — а коли так, значит, кушать надо досыта и основательно.

Стрелок решил, что против такого аргумента ему возразить нечего, и обратился к Яге:

— Пора нам, хозяюшка! Прости, коли что не так, стеснили ежели али еще что…

— Ничего, ничего! — замахала она на него руками, — В мою-то даль гости так редко наведываются, так что вы для меня сущий праздник! Еще заходите!

— Спасибо тебе! — в который раз повторил Андрей и низко поклонился. Подхватил сомлевшего кота и, закинув его на плечо, вышел на улицу.

Птица сидела все так же неподвижно, и только красные ее глаза будто наполнились влагой. Стрелок обошел ее кругом, не уставая удивляться ее стати и железному оперению. Потрогал руками могучие лапы, будто окованные сталью, оглядел огромную голову, низко склоненную к земле.

— Как на нее садиться-то? — пробормотал он будто бы про себя.

— На спину, — сонно отозвался кот.