Вскоре он принялся разбирать листья. Мать, немного повозившись с самоваром, подсела к сыну и начала разговор: - Что ты делал в городе?

- Ох, мама, и не спрашивайте. Теперь без вашего разрешения никуда не пойду. Помните, на прошлой неделе по телевизору один ученый говорил об искусственном корме?..

- Ты был у него?

- Да, мама.

Мать задумчиво взглянула на сына.

- Ладно уж. На этот раз не скажу отцу. Но если еще раз повторится...

- Ну, все, мама. Я же говорю, что больше не повторится... А вы, мама, сегодня не заходите в комнату, где мы кормим гусениц. Я сам дам им листья, а вы отдыхайте - и так не высыпаетесь уже несколько дней. Ужин мы с Дильбар приготовим.

Мухаббат - так авали мать Хуршида - встала и отряхнула подол.

- Ужин уже готов. Лучше вместе с сестренкой разложите листья для гусениц.

- Ладно, мамочка...

Хуршид первым шагнул в комнату с гусеницами и от удивления разинул рот. Он тут же закрыл дверь и крикнул сестренке, которая шла следом:

- Дильбар, иди помоги маме! Я сам справлюсь...

Девочка ушла, а Хуршид с удивлением уставился на прожорливое семейство, члены которого на глазах укрупнялись в размерах и грызли не только листья, но уже и стебли. И было от чего оторопеть: длина червей достигла размера ладони взрослого человека. Гусеницам было очень тесно, а вся комната, казалось, шуршала. Несколько гусениц в поисках корма копошились на стенах и потолке.

Хуршид быстро разложил стебли, которые держал в руках, пулей вылетел наружу и крепко-накрепко запер дверь. Мать позвала ужинать. Хуршид умылся водой из арыка, сел на курп-ачу. Но есть почему-то расхотелось. Мать едва заставила его съесть несколько ложек маставы[Мастава - мясной рисовый суп. ].

Уже стемнело, а отца все не было. И Дильбар задержалась у подруги. Уставшая мать заснула и спала так, что даже не слышала, как мычит голодный теленок.

Хуршид только сел за уроки, когда возле дома, взвизгнув тормозами, остановилась грузовая машина.