Мэрилин слабо улыбнулась в ответ, и погрузилась в свои мысли.

Обычно гости миссис Чилии прибывали в их дом с юга. Они приезжали на дорогих повозках, запряженных породистыми лошадьми — возницы громко щелкали языками, дамы брезгливо закрывали веерами лица от пыли, кавалеры с неизменной галантностью сопровождали своих спутниц. Каждый раз для Мэрилин это выглядело совершенно одинаково. Люди были разные, да. Многообразию цветов и фасонов нарядов позавидовали бы самые экзотические обитатели тропических лесов — и это верно. Каждый гость страдал уникальным творческим порывом, свойственным ему и только лишь ему. И все же, они были одинаковыми. Ну, как куклы из лавки в Большом Городе, куда один раз миссис Чилия взяла девочек, когда они были еще маленькими. Куклы в глянцевых коробках с синими, желтыми, рыжими волосами. У них миниатюрные сумочки и туфельки с резиновыми каблучками, у каждой свое имя, свой цвет платья, и даже своя прическа. Но вот только если их раздеть, и разобрать на части, то внутри будет одна и та же пустота.

Мэрилин больше любила северную сторону дома. Не освещенная слишком ярким солнцем, она всегда готова была превратиться в тайну для тех, кто хотел эту тайну там видеть. Темные силуэты гор на горизонте, свежий и живой ветер, густые тени знакомых с детства деревьев, сладкий запах сухой травы — только зажмурься и в мгновение ока это все станет чем-то другим. Чем именно, Мэрилин не знала, просто предполагала, что северное зазеркалье может быть очень похоже на те истории, которые она слышала от своей бабушки. Истории мало отличались одна от другой, но девочка просила рассказывать их каждый день — будто она искала вход в придуманный мир, и никак не могла найти.