Сатиапал поднял баночку с порошком, посмотрел на нее, будто никогда не видел, и поставил вновь на стол. Сказал глухо:

- Вчера я решил отравить свою жену. И не смог... Я знаю: вы убьете ее. И все же: оперируйте! Не видя вас, она поверила, что вы поможете в несчастье. Это даст возможность...

- Убить человека, воспользовавшись его доверием?

Профессор нахмурился и не ответил. В душе Лаптева кипела злость. Ему очень хотелось дать Сатиапалу пощечину, выкрикнуть что-то оскорбительное, уничтожающее. Но он только насмешливо покачал головой и сказал:

- Приготовьте больную к операции. Я, конечно, не единственный в мире хирург, но и мне приходилось оперировать мозг человека. К тому же, на переднем крае, под артиллерийским огнем врага... Дайте мне анализы, господин профессор!

Сатиапал молча вынул из ящика папку и протянул доценту.

Лаптев внимательно изучал историю болезни. Хаотические записи на латинском языке характеризовали скорее не страдания больной, а психическое состояние врача.

- Оставьте! - раздраженно сказал Сатиапал. - Все это ни к чему.

- Я хочу увидеть больную.

- Ваше право.

Профессор проводил Лаптева через небольшую комнатку предпокой и открыл дверь.

- Прошу.

На деревянной кровати с закрытыми глазами лежала еще не старая, но очень изможденная женщина. Возле нее, сложив руки на коленях и скорбно склонив голову, сидела молодая девушка в "сари" - обычном одеянии индийских женщин. Услышав шаги, она быстро обернулась, испуганно накинула на оголенное плечо шарф и поднялась.

- Здравствуйте! - сказала она по-русски, очень тихо, почти шепотом. Лаптев ответил молчаливым поклоном.