- Кровь на сверкающем льду,-- быстро ответил Нептун.

- Это вы, это вы, мосье! - воскликнул директор.- Кровь на сверкающем льду - знаменитый гранат тамилов в Окружении пенджабских бриллиантов. Мы слушаем вас, мосье.

- Я хотел бы внести кое-что в зал,- сказал Нептун.

- В этот зал?! Вы делаете подарок для этого зала?!

- Да, для этого,- утвердительно кивнул головой Нептун.

- Но, мосье, увы, здесь все занято... И, прошу прощения, что можно поставить рядом с этим,- директор взглядом указал на статую Венеры Милосской.

- Рядом ничего и не будет стоять,- загадочно улыбаясь, сказал Нептун.

Я вгляделся в его лицо. Что за парень, да это же отличный парень!

Простота, сила, явная демократичность - я влюбился в него с первого взгляда и только сейчас до конца ощутил это.

А тем временем два имбитора в сопровождении бдительных служителей и четырех полицейских внесли в зал два продолговатых ящика и поставили их рядом со статуей Венеры. Буквально несколько движений ловких рук, и, когда рослые фигуры имбиторов раздвинулись, все, кто был в зале, издали крик восторга: Венера Милосская обрела руки! В одной она держала какой-то цветок, другой поддерживала спадающее покрывало.

- Цветок, какой цветок! - воскликнул директор музея, бросаясь вперед.А я что говорил, это не роза, это анемон!

Критически всматриваясь в бесконечно прекрасную линию рук, академики, словно удивленные чем-то грифы, медленно наклоняли головы то вправо, то влево, обходя статую вокруг, снова и снова приближаясь и отдаляясь; они были словно во сне, и их сильнейшее впечатление было легко понять.

Я воспользовался удобным моментом, когда один из них приблизился ко мне, не отрывая глаз от статуи, и спросил:

- Почему анемон? Почему в руке у Венеры анемон?

- Существовало мнение,- едва слышно ответил он мне,- что руки Венеры МиЛосской были отбиты и брошены в море, чтобы статую не похитили... Считали, что в одной из рук роза... Конечно же, анемон - это ближе к истине, если это не сама истина.