Но поезд не остановился, и не тормозил, он продолжал мчаться вперед на той же скрости. И тут она заметила, что в вагоне появился еще один человек, которого, она готова была поклясться, секунду назад здесь не было. Одет он был обычно: куртка и джинсы, ничего особенного, кроме глаз: взгляд его ощущался, как прикосновение. Когда он посмотрел ей в глаза, сердце буквально ушло куда-то… нет, не в пятки, как говорят обычно — оно не успело бы туда добежать за ту короткую долю секуды, но определенно куда-то в низ живота. Отвести глаза было нереально, их магнитом притягивало к незнакомцу. Он был очень интересен, — другими словами было трудно выразить это странное ощущение, которое охватило Сашу. Незнакомец, словно бы наконец разглядев ее, двинулся вперед. Если бы стены были мягкими, Саша наверняка провалилась бы, но стенка удерживала ее на месте, не позволяя отступить ни на шаг. Он подошел к ней почти вплотную. И она инстинктивно зажмурилась, как в детстве, когда прятала голову под одеяло, чтобы избавиться от окружавших ее страхов. Но ее обоняние поймало полную гамму запахов, начиная от запаха замшевой куртки, свежей рубашки, теплой кожи и заканчивая запахом неизвестности, дать название которому она, наверное, не рискнула бы.

— Открой глаза, — спокойно сказал он.

Она открыла, он стоял прямо перед ней. Правильные благородные черты лица, которые редко встретишь в метро. Мудрые и внимательные черные глаза заглядывали в глубину ее души, заставляя почувствовать себя совершенно беззащитной. На какие-то доли секунды она замерла под его взглядом от ужаса и одновременно от нестерпимого желания сдаться, позволить быть узнанной им до конца. Отчаянное и сладкое чувство, нежное и резкое одновременно. Она инстинктивно вздрогнула и отвела взгляд.

— Кто Вы? — прошептала Саша. И только теперь заметила, что пассажиры вокруг словно заснули, совершенно не обращая на них никакого внимания. И придавленная его невероятной властью поняла, что ждать спасения снаружи бесполезно. В тот самый момент она отбросила все страхи, подняла вверх голову и зло спросила снова: — Кто Вы?