– А почему вы направились на Лодовейк ван Досселстраат?

Рихард Недервауд сделал неопределенный жест.

– Но ведь именно им положено заниматься этим делом!

– Почему?

– Да случилось-то все в больнице Южного Креста, мне сказали, что этот район относится к управлению на Лодовейк ван Досселстраат.

Де Кок почесал щеку.

– Ну и что же случилось в больнице Южного Креста?

– Она там исчезла…

– Что?! Просто так исчезла?

Рихард Недервауд беспокойно заерзал на стуле.

– Вы правы. – Он покачал головой. – Я излагаю все немного бессвязно… Вы должны меня извинить: я просто никак не могу прийти в себя после всего случившегося… Попробую вам все рассказать по порядку.

Де Кок ободряюще кивнул.

– Начните с того, какое отношение вы имеете к Розочке.

– Она моя подруга. Вот уже несколько лет у нас с ней так называемая свободная любовь… Я живу на Керкстраат, неподалеку от Амстела, а у Розочки двухкомнатная квартира в Пюрмеренде. Уик-энд мы чаще всего проводим у нее и в отпуск обычно ездим вместе.

Рихард Недервауд порылся в карманах пиджака, достал бумажник и, вытащив из него фотографию, протянул ее Де Коку.

– Вот она!

С фотографии на инспектора смотрела улыбающаяся молодая женщина с коротко подстриженными светлыми волосами. Лукавая улыбка, ямочки на щеках – все говорило о шаловливом кокетстве. Де Кок невольно подумал: интересно, что нашла прелестная молодая женщина в этом неловком смешном верзиле, но благоразумно промолчал. Еще раз бегло взглянув на фотографию, он протянул ее владельцу, но Рихард решительно отвел его руку.

– Оставьте ее у себя, она может пригодиться вам для расследования. Да, конечно, я уверен: эта фотография вам непременно понадобится!

Де Кок опустил снимок на стол.

– Каким образом Розочка оказалась в больнице Южного Креста? – спросил он.