— Ну-ну, звезда эстрады! — усмехнулся Игорь Васильевич. А сам думал, волнуясь все больше и больше: «Будут следы или нет?»

Разговор на отвлеченную тему, видать, не устраивал главного инженера, и он, поблескивая своими хитрющими глазами и сощурившись, спросил:

— Чьи следы снимать-то будем? — И, не получив ответа, добавил: — Это я к тому, что аппаратуру приготовить надо. Сейчас ведь прилетим.

Игорь Васильевич объяснил ему и снова уткнулся в иллюминатор.

Они летели совсем низко. Слева черной линией прорезала лес железная дорога Было видно, как притормаживала у желтого станционного домика электричка. Чуть поодаль от станции стояла небольшая деревенька. Из труб подымался дым, отбрасывая длинные тени.

— Вон озеро Вялье! — крикнул Спиридонов и показал рукой направо. Огромное, вытянутое на много километров заснеженное поле, отороченное сосновым мелколесьем, расстилалось внизу. В одном месте, самом узком, на льду темнело несколько черных точек. Корнилов не сразу сообразил, что это рыбаки.

— Велика Федора, да дура, — проворчал Спиридонов. — Мелкота. Вот только там, где рыбаки, глыбко. А болота вокруг… — Он хотел сказать еще что-то нелестное об озере, но в это время Шакутин, оторвавшись от иллюминатора, крикнул:

— Владычкино! Давайте снижаться!

Самолет низко-низко пронесся над деревней. Игорь Васильевич разглядел дом, в котором брали Санпана. Он стоял чуть на отлете. Описывая большой полукруг, от деревни шла полем дорога и скрывалась в густом еловом лесу. И тропинка, ведущая на станцию, была видна. Взглянув отсюда, сверху, сразу было понятно, почему деревенские упрямо торили в снегу эту тропинку, а не ходили по дороге — она была намного короче. Игорь Васильевич вдруг подумал о том, что хорошо бы найти такую точку, такую гору, взглянув с которой тебе становилось бы понятно, как искать в жизни самый короткий, самый правильный путь…