— Как я полагаю, господин подполковник… — Однако, увидев, что подполковник сморщился, словно от зубной боли, Зарубин назло закончил более уверенно: — Я знаю, что местные большевики подзапутались в тактике борьбы против вас, простите, нас. Не очень опытные или растерявшиеся партийные кадры. Кое-кто высказывался даже за объединение с эсерами. Помните, я доставил вам копию письма о полном разгроме. Паническое письмо.

— Да, да… — благосклонно закивал Чухновский и, продолжая слушать, прошел к шкафчику, налил рюмку, демонстративно повернулся спиной к Зарубину. — Не угощаю вас, штабс-капитан, от пимоката не должно пахнуть мартелем.

— Я так и понял, господин подполковник, — кивнул Зарубин и продолжил: — Тогда, в декабре прошлого года, по личному предложению Ленина было создано Сиббюро ЦК РКП(б). Место его расположения законспирировано. Ясно одно — оно вне пределов освобожденной верховным правителем территории. — Слава богу.

— Но Сиббюро — рабочий орган. Непосредственно же всеми подпольными делами в Сибири ведают Свердлов и сам Ленин. Я доставил вам типографски отпечатанный текст его речи. Печатали ее явно в Москве, доставили сюда готовой. Я обращал ваше внимание на то, что Ленин очень точно осведомлен о положении в Сибири.

— Заладили — Ленин, Ленин! — вырвалось у контрразведчика, но тут же, перейдя на деловой тон, подполковник продолжил: — И вы предполагаете, Зарубин, что эмиссар направляется в Москву за инструкциями?

— Не только за инструкциями, ваше превосходительство. И за деньгами. Поскольку я числюсь в их организации боевиком, то мне кое-что стало известно. Москва снабжает сибирских большевиков и деньгами. В частности, на покупку оружия… Ведь я за пулемет передал вам десять тысяч «катеринками».

Зарубин заметил, что уши подполковника покраснели.

— Я уверен, господин подполковник, деньги не фальшивые. Большевики не стали бы так рисковать. Кстати, я принес тринадцать тысяч. По тысяче за револьвер. И особо тысячу за браунинг… — Задрав полу поддевки, Зарубин достал завернутые в грязноватую тряпицу деньги. — Вот.