Шкипер пригладил седеющие волосы, поправил отутюженную форму хаки и, глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, вышел в коридор. Двери запер на замок, проверил, надежно ли: случайных гостей в своей каюте он не терпел.

Через некоторое время можно было увидеть Дерьела, приближающегося к камбузу; при этом лицо его уже источало благодушие галантного торговца с безупречно чистой совестью.

— Сегодняшнее мясо достаточно ароматно пахнет, Марко?

Обращаясь к Марко, шеф-повару торгового судна «Регулус», приходилось высоко задирать голову. Рост Марко превышал два метра. И это при необыкновенной худобе! Его вытянутое лицо выглядело как плохо выделанная доска, поперечно установленная на другой, только значительно длиннее первой. Ко всему прочему, взгляд его больших черных глаз был пронзительно грустным, а губы сжаты в трагической гримасе, достойной греческой маски. Так что всем своим обликом он больше ассоциировался с похоронами, нежели с накрытым столом. Дерьел, однако, открыл его кулинарный талант. И вместе им отлично работалось.

— Я его уже приправил.

Можно было подумать, что он сообщает о свершившейся смертной казни.

— А как овощи, Марко? Ты отобрал те, заплесневелые?

— Я их отварил.

Шкипер с пониманием кивнул.

— Обед получился вкусным. Шеф попробует?

— Благодарю тебя, Марко. Верю на слово. Дай-ка мне лучше тушенки, я ее сам себе подогрею.

Кок начал открывать консервы, но через минуту с грустью взглянул на шкипера.

— Шеф…

— Слушаю, Марко, — вежливо отозвался Дерьел, но, видя, что тот волнуется, добавил: — Смелее… Какие-то проблемы?

— Шеф, здесь плохо пахнет.

Дерьел воззрился на него в недоумении.

— Ну что ж… Тропики, сам понимаешь, да к тому же и холодильник, как знаешь, барахлит. Но стоит ли об этом, если ты прекрасно со всем справляешься. В Кейптауне я о тебе не забуду.