Французским легионом это формирование было названо по аналогии с Иностранным легионом, существовавшем некогда во Франции. Но если туда шли исключительно добровольно, - в этот - только по приговору.
И из этого - не возвращались. Пять или десять лет Легиона - вернее любой смертной казни.
Адам понял, что если сейчас же не начнет относиться к своей судьбе с юмором, то уже к завтраку может лишиться рассудка.
* * *
- "Эй, не мешай нам, мы заняты делом, строим мы, строим тюрьму"... бормотал он, управляя роботом, стягивающим детали исполинского конструктора, вгоняя нужные выступы в нужные пазы, загоняя заклепки толщиной в ногу, орудуя горячей сваркой и лазером. И все это - в открытом космосе.
- Что ты сказал? - раздался искаженный голос в наушниках. Значит, его бормотание услышали все.
- Ничего. Я читал стихи.
- На каком это языке?
- На русском. Стихи не переводятся.
- Это не тюрьма, - подал голос кто-то, кто разобрал его слова. - И даже не гроб.
- А что же тогда? - выкрикнул еще кто-то. Господи, что сейчас начнется! Когда сто человек пытаются говорить одновременно на одной частоте...
- Ты видел глубокие круглые дырки? Они повсюду. Туда можно засунуть руку, и если постараться - нащупаешь дно. Что это, знаешь?
- Ничего. Экономия металла. Снижение веса.
- Дурак, - ответили наушники. - Ты слышал когда-нибудь про пальцы Файнхальса, поэт?
Там его называли писателем, а здесь, чего доброго, приклеится теперь кличка "поэт".
- Я уже думал об этом, - высказался еще чей-то голос.
- Что это за пальцы?
- Оружие, - спокойно пояснил первый. - Старое, столетней давности.
Имеет что-то общее с лазером, но не лазер. Направленный взрыв.
- Значит, черных действительно собираются уничтожить?
- Я этого не говорил.
- Никто ничего не говорил, никто ничего не слышал.
- Вот это правильно! - сказал хриплый голос командующего Франсуа.
* * *
Распорядок дня у легионеров был простой: двенадцать часов работы двенадцать часов отдыха. Работа - без перерыва; зато и отдых тоже, шутили они. Сейчас легион занимался строительством станции "Сиберия"