Я стоял в одиночестве.

Я вздохнул. Потом развернулся и пошёл к собственности Мортимера Линдквиста, эктоманта.

Когда-то давно Морти покрыл свой газон украшениями, которые должны были запугивать и нервировать. Надгробия. Кованая ограда с большими металлическими воротами. Жутковатое освещение. Общее впечатление было пугающим, если вы были достаточно впечатлительным, а освещение – слабым, но по большей части это выглядело как дёшевые хэллоуинские декорации снаружи первоклассного дома.

Времена изменились Морти избавился от всего дёшевого барахла, исключая забор. Он превратил свой двор в японский сад. Там было несколько изгородей и пруд с декоративными карпами, окружённый небольшим деревянным мостиком. Повсюду в приподнятых кадках находился бонсай, причём все деревья были родом из Северной Америки. Это немного нервировало – видеть нечто, выглядевшее как взрослый дуб, только пятнадцати дюймов в высоту в комплекте с миниатюрными листьями.

В Чикаго было немного людей, способных сделать такое за деньги, что подразумевало работу самого Морти. Если так, то он него потребовалось много усилий и терпения, чтобы создать это.

Я спокойно пошел вперед, протянув руку, что бы толкнуть ворота.

Моя рука провалилась сквозь них.

Да, я знаю, что по сути был призраком, но у меня никогда не было особой возможности попрактиковаться с неосязаемостью. Я привык дотягиваться до объектов и прикасаться к ним. Теперь мою руку просто покалывало, как будто она оживала после того, как я спал, используя её вместо подушки. Я толкнул мою руку ещё немного вперёд, наклонившись в одну сторону, и увидел кончики своих пальцев, появившиеся из металла ворот. Я пошевелил пальцами, просто чтобы быть уверенным.

– Ладно, – Сказал я. – С этим ничего не поделаешь. – Я сделал глубокой вдох и задержал его как будто собрался прыгать в воду. Потом я сгорбил плечи и бросился вперед.

Какое разочарование. Когда я проходил сквозь ворота, то ощутил быстрое, интенсивное покалывание. Потом оказался на другой стороне.