— Где Кири? — спросил Марвин Бленкс, высокий худощавый человек с лошадинойфизиономией. На его подбородке красовался пластырь, которым он заклеил порезот бритвы.
— Спит, — ответил я.
Он сказал, что подберет для нее лошадь.
Остальные составляли план кампании. Здесь были Кейн Рейнолдс, ДингиГроссман, Марта Алардайс, Харт Менкин и Форнофф. Присутствующим было оттридцати до тридцати пяти лет, только Форнофф выглядел старше: внушительныйживот, морщинистая физиономия и окладистая седая борода. Потом появилась сподносом горячих булочек Келли Дресслер — молодая женщина двадцатипяти-двадцати шести лет, похожая на норовистую кобылицу. У нее была смуглаякожа, глаза цвета черной смородины, каштановые волосы до плеч, ладнаяфигурка. Под шерстяной кофточкой выпирали соски, брюки в обтяжку грозилитреснуть. Она была вдовой, недавно переселившейся из Уиндброукена, ипомогала хозяину лавки.
В общем, присутствие Келли одновременно согревало и раздражало меня. Кири невозражала, если я в кои-то веки позволял себе шалость, однако я знал, какойбудет ее реакция, если у меня появится серьезная связь на стороне, а Келлипредставляла собой именно такой соблазн: в ней чувствовалась как раз тасмесь необузданности и невинности, которая не оставляла меня равнодушным.Когда старина Форнофф сообщил, что поручает мне с Келли стеречь фасад лавки,я отнесся к этому двояко. Поручение было продуманным: Келли — новенькая, яне очень ловко обращаюсь с винтовкой, а к лавке нелегко подобраться; лучшегоместа для нас обоих нельзя было придумать. Келли игриво заулыбалась и дажепроехалась грудью по моему плечу, подавая мне булочку.
Я собирался сам сходить за Кири, но снегопад начался раньше, чем я ожидал.