2.

Вот и сбылась моя мечта - теперь я точно знаю, кто мои родители. И также знаю я, кем для меня был Хальдер. Ну и что? Я разве успокоился? Нет! И еще раз нет! Теперь я вовсе... Х-ха! Ночь, я лежу в шатре. Рядом со мною Сьюгред, она спит. А на поляне, у костра, еще сидят, ведут беседу. Вот Владивлад что-то сказал. Вот Барраслав ему ответил. Вот теперь Лайм. Вот Шуба встрял. Если как следует прислушаться, то можно разобрать произносимые ими слова...

А что слова? Завтра, возможно, все решится и без слов. Кнас, донесли лазутчики, уже совсем недалеко от нас. С ним толпы толп. А нас - смешно сказать. Но мы их встретим! Лайм пообещал...

Почтенный Лайм! Почти наипочтенный. Да-да, ведь Аудолф Законоговоритель, вручая Лайму пузырек с всесильным колдовством, пообещал, что если Лайм меня прикончит, то тогда вся Окрайя будет именовать Лайма наипочтенным. Но Лайм не сделал этого, а в целости и сохранности доставил пузырек - уж так уж получилось - к Владивладу. И Владивлад - быть может, он и прав, он ведь сын колдуна и сам колдун, - и Владивлад считает, что если использовать Лаймово колдовство все без остатка, то этого должно вполне хватить на всех криворотых, хотя, как все говорят, их неисчислимое множество. Вот завтра и попробуем, завтра посмотрим, чего больше колдовства или их. Хотя руммалиец, как я знаю, очень сомневается в этой затее.

Лайм, кстати, тоже сомневается. Да он всегда такой: ко мне пришел - и сомневался, и к Владивладу - снова тоже самое. Но завтра, он сказал, поступит так: выйдет вперед и расстегнет ворот рубахи, достанет из-за пазухи волшебный пузырек...

Но Владивлад на это возразил, что надо бы... А Шуба, тот... А Барраслав... И даже моя Сьюгред, и та, не утерпев, тоже стала давать советы!

Один лишь я молчал, ибо, по правде говоря, мне все равно, чем завтра кончится это дело. Вот только б Барраслав не оплошал! Да Сьюгред бы...