— Те же самые эффекты сдвоенной величины, которые позволяют осуществить такой полет, можно использовать и для того, чтобы открыть электромагнитный канал, — пояснила она голосом лектора. — Мы проверили это на Земле. Добравшись до звезды Барнарда, Ник воспользовался спутниковым телефоном с виртуальной антенной, способной улавливать орбитальную сеть, которую он создал много лет тому назад, когда мы занимались телекоммуникациями. Все это напрочь уничтожает эйнштейновскую одновременность.
Тут только до меня дошло, до чего нелепо звучит — человек отправился к звездам и оттуда дозвонился домой по мобильному телефону.
— Вернее не скажешь.
— Вот откуда я узнала, что мы не ошиблись с математическими расчетами. — В темноте я едва разглядел ее улыбку. — Он не взорвался, когда долетел до звезды. Он позвонил и пообещал вернуться домой. — Келли протянула мне толстый конверт вроде бы желтоватого цвета. — Держите.
— Что это?
— Схемы, циклограмма, данные о рентабельном полете, в который никто из вас не верил. Так, на всякий случай, если что-то не получится.
Не получится? Что именно? Вероятно, ее очень медленная энтропийная прогрессия. Я стиснул конверт, проверяя плотность бумаги, затем сунул его под рубаху.
— Почему я? Почему сейчас? Я ведь враг.
Она снова повернулась к телескопу и взглянула в окуляр.
— Да, вы враг. Вы и вся ваша правительственная братия. Но я также знаю, что вы честный парень. Я для того и провела здесь все эти годы, чтобы кто-то из ваших не испортил дела. Но вы оказались молодцом, Брюс.
Я сглотнул. Никогда не надеялся услышать от нее такое. Она продолжила:
— А кроме того, вы уцелеете. Если случится так, что мы. все-таки где-то просчитались, то вы вместо нас передадите эти данные канадскому народу.
У меня были вопросы, десятки, сотни вопросов насчет содержимого конверта, но теплый гнилостный запашок с озера не давал мне возможности их задать. Канадские Скалистые горы в апреле не должны пахнуть, как лето в Луизиане. После стольких лет пассивного наблюдения я понял, что события начали развиваться чересчур быстро.