— Но зачем?

Кронт пожал плечами, внимательно разглядывая северный лес. Там березняк редел и начинался густой ельник, за которым уже ничего невозможно было рассмотреть.

— На елки указывает. Только что там?… — вслух размышлял Кронт.

— Вон пригорок… — Ральф свернул в лес, к небольшому пригорку, намереваясь осмотреться сверху.

Он и сам не понял, в какой момент под ногами исчезла земля. Черные листья упали вниз, увлекая его за собой, в темную сырую бездну. Ральф упал на живот, да так, что от удара выбило дыхание. Несколько страшных мгновений корчился, пытаясь вдохнуть, и когда это удалось, долго втягивал ноздрями сырой воздух, напоенный горьким запахом прелых листьев.

Отдышавшись, Ральф встал и взглянул наверх. Крохотный лоскуток серого неба перечеркивали узловатые корни, торчавшие из земляных стенок ямы.

— Кронт? Эй, Кронт? — позвал Ральф и тут же вздрогнул. Будто не он кричит, а кто-то другой, хрипло и глухо, из-под земли.

Осенний лист не удержался на краю и спланировал вниз. Струйки песка с шорохом оползали на дно ямы. Ральф почувствовал себя абсолютно беззащитным, будто смотрят на него из укрытия внимательные глаза, выбирая момент для нападения.

— Кронт! Кронт! Будь ты проклят!! Кронт!

— Здесь я, здесь, не волнуйся, — послышался спокойный и чуть насмешливый голос Кронта. — Хм, должен ли я тебя спасти? А, высокородный?

Кровь колотилась в висках, повторяя равнодушные слова грабителя. Сквозь шелест и шорох прорвался странный нечеловеческий смешок. Казалось, отверстие наверху сужается, как стягиваются края заживающей раны. Чужим, отчаянным голосом Ральф закричал:

— Брось мне веревку! Слышишь? Брось мне веревку!

— Да ладно, ладно, что ты визжишь, как монашка на оргии…