Карлик охнул и опустился на пол, не в силах стоять на ослабевших ногах.

— О божественная Астиальда, — прошептал он, — за один лишь час, да что там — за минуту неземного блаженства я готов отдать жизнь…

— Только за минуту? — с загадочной улыбкой переспросила императрица. — Но почему бы блаженству не продлиться годы?

— Годы?…

— Даже десятки лет, если ты будешь достаточно отважен и выполнишь моё поручение.

— Что я должен сделать? — Карлик на коленях приблизился к Астиальде. — О, говори скорее! Ради тебя я готов прыгнуть в пекло!

— Ты обретёшь свой истинный облик только после того, как убьёшь Гомбарума, — сказала императрица.

— Государя? — ужаснулся Гинго. — Но ведь ты знаешь, госпожа, что это невозможно! Наш государь — самый могущественный волшебник во всём Поднебесье, его власти покорна сама природа. Одним движением пальца он может вызвать землетрясения, бури, смерчи, наслать заразу на целые страны… Даже драконы Огненных гор не смеют его ослушаться, а что говорить о нас, простых смертных… Госпожа моя, о том, чтобы убить Гомбарума, не то что сказать — даже помыслить нельзя… Государь всесилен, он умеет читать мысли людей. Вспомни, сколько отважных и мудрых пало лишь за то, что плохо подумало о нём. Боюсь, что теперь и мне не сносить головы. Я не смогу удержаться, чтобы не вспомнить нашу встречу, и мысли мои неминуемо дойдут до императора. Он прочтёт их, и я погибну мучительной смертью… Возможно, это случится уже нынче вечером… Я погиб… Горе мне… Горе…

— Да, мой верный Гинго, — сказала Астиальда, — поэтому мы должны действовать немедленно. Сейчас император спит. Час назад он вернулся с большой охоты в Гарпагоньих горах, накормил собак и удалился в Запретную Башню.

— В эту Башню никто не может войти, ни одна живая душа… — еле слышно прошептал карлик и оглянулся в испуге, словно могущественный Гомбарум мог его услышать. — Даже для тебя, со всем твоим колдовством, нет входа туда… А проснувшись, Гомбарум тотчас узнает про наш разговор! Для него нет тайн!