- А Стасик больше не придет?

- Стасиками называют тараканов, а он - Стас.

- Он таракан.

- Что? - я усмехнулась, отстраняясь и заглядывая в мелко вычерченное личико.

- Таракан! - с неожиданным упрямством отрезал Илюша. - Таракан!

- Хорошо, - вздохнула я. - Пусть будет так. Он больше не вернется, ты рад?

Кивок.

- Есть хочешь?

- Нет, - мальчик потянулся к своей коробке и погладил вмятину на крышке.

- Хочешь, что бы я посмотрела твои сокровища?

- Ваши. Я же подарил.

Нет, все-таки с детьми еще тяжелее не находить общего языка, чем я умудряюсь это делать со всем остальным человечеством.

- Ладно, давай смотреть наши несметные богатства, - я присела за стол и подвинула поближе коробку, - ну, что тут на меня за приданое свалилось?

Металлическое нутро коробки оказалось бережно выстлано серой туалетной бумагой из нашего коммунального места общего пользования, я убрала гофрированные обрывки, прикрывающие перешедшие ко мне сокровища Илюши. Итак, что тут у нас? Клочок тончайшей пожелтевшей ткани, обрывок черной цепочки, медная брошка с фальшивым янтарем, длинная серьга со множеством мелких тусклых камешков, нанизанных на крошечные звенья, и громадный, должно быть сувенирный ключ от несуществующего замка. Я с усилием вытащила ключ со дна коробки, таким большим и увесистым он оказался. Смолянисто-черный, какой-то жирный на ощупь... Но, оказалось, что этим ключом мое приданое не завершалось, под ним оказалось еще что-то плоское, аккуратно завернутое в ткань. Развернув материю, я извлекла довольно большую, плотную, как кусок пластмассы, фотографию. На перроне, у вагона стояла женщина, рядом с нею наклонился за чемоданами толстопузый господин. Зачарованно я уставилась на старинное изображение. Стройная фигура дамы лет сорока в длинном до пят пальто с меховой оторочкой, замерла в таком напряжении...