– Пришел-таки? Правильно, – одобрил он. – И поесть, никак, принес?! Совсем хорошо. А я на кухне кувшин опивок уволок, так что будет у нас с тобой сущий пир. Пойдем за мной… Звать-то тебя как, писец?

– Гай, – ответил Гай, входя в каморку Лори. Там и впрямь было уютно: маленький конюший вырыл ее прямо в сене, а внутри устроил удобное лежбище из тряпок и опять же сена. На полу вертелся бандитского вида рыжеполосатый кот.

– Только свечку не урони, – предостерег Лори. – А то пожар устроишь… Кот – мой, его Скратч зовут. Хороший кот, только говорить не умеет.

– А что, другие умеют? – удивился Гай.

– Есть места, где умеют. Рассказывали мне… – таинственно ответил Лори, поглаживая кота по спинке.

Они разделили сыр, сало и хлеб, не обделив и кота. Лори достал спрятанный в сене кувшин, налил немного коту в блюдечко. Жуя и отхлебывая из кувшина по очереди, они сидели некоторое время молча. Тишину нарушил Гай:

– Слушай, Лори, Одвин у меня забрал треть дневного заработку. Сказал, порядок такой. Это правда?

– А кто его знает… – пожал плечами Лори. – Может, и так. Должен же что-то хозяин иметь от писца, он ведь в его заведении сидит… Узнай в Гильдии, там подскажут. А теперь доедай, и давай-ка спать, почтенный писец. Мне завтра вставать рано.

Они улеглись на мягкое сено и накрылись какими-то грубыми, но теплыми полотнищами, от которых пахло конским потом. Лори задул свечу, и Гай начал потихоньку засыпать, но тут конюший толкнул его в бок локтем и спросил:

– А твои родители где? Тоже умерли?

– Нет. Тралланы угнали.

– Тралланы? Ни разу не видел траллана. А ты видел?

– Видел. Только я маленький был, в овине спрятался, они меня и не нашли. Страшные, все в железе, с топорами… Говорят, шубы из человечьих волос валяют.

– И шубы видел?

– Да это летом было. Шубы они, наверно, зимой носят, когда холодно. Но все равно страшные.