За судьбу страны он нисколько не волновался. Единственное — очень удивился, узнав, что на СССР напала именно Германия. А как же Брестские соглашения? Ну да не беда. С немцами всегда можно договориться, уж это Ильич знал наверняка. И потом — разве по-прежнему не начеку красные командиры: Тухачевский, Блюхер, Киров, Орджоникидзе, Фрунзе…

В Тюмени гроб Ильича установили в актовом здании сельскохозяйственного техникума. Первое, что в сумерках увидел Ленин, когда его вносили в новое жилье, это гигантский транспарант с надписью «Учиться, учиться и учиться!». Чему учиться? — недоумевал Ильич. — Кому учиться? У кого учиться? Один дурак брякнул, а другой дурак и рад писать. Гроб понесли было влево, потом вправо, наконец, повинуясь указаниям Збарского-старшего, приткнули под самым транспарантом — и высветились буквы помельче: «В.И.Ленин». Но как ни ломал Ильич голову, пытаясь вспомнить, по какому случаю он выдвинул сей лозунг, а, главное, что хотел им сказать, так ничего на ум и не пришло.

Транспарант этот мозолил глаза Ильичу всю эвакуацию. Особенно злило, когда старшина караула, лысоватый, с усами «под Ленина», начинал растолковывать смысл лозунга молоденькому красногвардейцу.

— Ты, Сироткин, вместо того, чтобы опосля дежурства в кине с девками обжиматься, — назидательно говорил он, — лучше б в библиотеку пошел. Книжки умные читать. Вон, глянь, что наверху написано: «Учиться, учиться и учиться». Вождь наш, Владимир Ильич, завещал, чтобы каждый человек, даже самый что ни на есть простой крестьянин, знал грамоту, в науке понимал, в музыке или другом каком исскустве.