— Думаешь, я не знаю, почему ты в мавзолей двенадцать лет не заглядывал? Ты в это время моим именем суд вершил! — гневно обличал Ленин. — Зачем старых большевиков отстрелял?

— Это была рэволюционная нэобходимость, — доносился из соседнего саркофага издевательский голос Сталина. — Я все делал, как ты завэщал. «Как же можно совершить рэволюцию без расстрелов» — разве не твои слова? Или вот еще цитата из товарища Ленина: «Если важна цель — нэ важны средства для ее достижения».

— А Троцкого за что порешил? Чем он тебе мешал! Раздувал бы себе по миру огонь мировой революции. Коминтерн зачем разогнал?

— Этот дурак грэзил о мировом пожаре, отводя России роль охапки хвороста. А Коминтерн жрал слишком много денег. Одни бэздэльники собрались. 300 тысяч иждэвенцев. Осэдлали наш коммунистический хрэбет и думали, что так будэт всэгда.

Покоя не было и ночью. Зачинщиком скандала выступал обычно Коба. Большой любитель бодрствовать до рассвета, он перенес свою привычку и в загробную жизнь.

— Когда мне хотэлось посмеяться, я всегда пэрэчитывал твои работы, — начинал он раздумчиво. — Вот прямо наугад открывал любую страницу и обязательно находил что-нибудь комическое.

— Неудивительно! — сходу заводился Ильич. — Про таких, как ты, мудрый русский мужик говорит: смотрит в книгу — видит фигу.

— Нэ скажи. Фигу русскому мужику ты из книги показывал. Могу даже название этой книги сказать: «О значении золота теперь и после полной победы социализма». Каждое слово помню: «Когда мы победим в мировом масштабе, мы, думается мне, сделаем из золота общественные отхожие места на улицах нескольких самых больших городов мира». В двадцать пэрвом году ты золотые сортиры народу пообещал — и оставил после смерти нищую разграбленную страну. А я народу мыльные пузыри никогда нэ предлагал. Я дэло дэлал. 600 тонн золота из Испании — вклад товарища Сталина в социалистическую казну.

Ильича эта манера Сталина говорить о себе в третьем лице невероятно раздражала.