- Я рассказал тебе, - еле слышно вздохнул Говоруха. - Ты уже взрослый, Мик. Ты должен знать. Плотников пожал плечами.

- Считайте, знаю, Ростислав Вадимович. Так где написано заклинание?

- Я не помню страницу, но ты ее легко найдешь. Это единственная запись, сделанная зелеными чернилами. Там другой почерк - очень четкий. Только не вздумай, бога ради...

Говоруха умолк, беззвучно шевеля бескровными губами. Мик уже подумывал, не вызвать ли "Скорую", но старик вновь открыл глаза и попытался улыбнуться.

- Не волнуйся, со мною все порядке. Я рассказал, и мне стало легче. Иди!..

Мик попытался вновь заговорить о погоде, но тут в прихожей прозвенел звонок, и в комнату вошла худая девушка в больших очках с сильной диоптрией внучатая племянница Говорухи. Мик поспешил откланяться.

Очутившись на улице, Плотников перевел дух и поглядел на часы. Об услышанном можно было поразмышлять позже. Мик спешил - в Дворянском собрании его ждал Ухтомский.

Встречаться в Собрании оказалось удобно: в бывшей бильярдной обычно толпился народ и можно было говорить без помех. Ухтомского в Собрании уже успели запомнить и пропускали без звука. Мик предпочел выправить гостевой билет. Он было заикнулся об анноблировании, но после бурной беседы с отцом решил обойтись без излишних формальностей.

На этот раз в комнатах Собрания было малолюдно - душный август разогнал "белую кость" по курортам и дачам. Мик сразу же заметил Ухтомского - Виктор сидел у окна, причем не один. Рядом с ним был уже знакомый Мику крепкий бородатый мужчина - Александр Александрович Киселев, а третьим в этой компании оказался странный субъект с брюшком, жидкой бороденкой и пони-тейлом, завязанным голубой ленточкой. Плотников всмотрелся и с удивлением узнал знаменитого певца Звездилина. Он хмыкнул и подошел ближе.

- Здравствуйте, господа!

Пухлая ладонь певца оказалась холодной и до противного мокрой, Мик хотел было спросить, что, собственно говоря, случилось, но сдержался. Как он понял, беседа только началась.