— Великолепная идея, — одобрил Нолен. — Хотите, я свожу вас в «Турень»? Это лучший ресторан в столице. Единственный, где есть настоящая французская кухня.
— Хорошо. Скажите... Жиль Кордо все еще состоит в штате посольства?
Нолен, взявший бутылку «Уильям Лоусон'с», чтобы налить по второму стаканчику, замер.
— Кордо? — переспросил он, нахмурив брови. — Так вы не знаете, что он умер?
Лицо Коплана застыло.
— Умер? Когда?
— Ну... Подождите... Недели две назад. Точнее, девятого октября.
— Какова же причина смерти?
— Официально: сердечный приступ.
— Почему вы сказали «официально»?
Нолен наклонил бутылку, положил горлышком на край стакана Франсиса и начал наливать.
— Потому что это единственный диагноз, который смог сформулировать медэксперт после вскрытия, — прошептал он.
Глава 3
Известие очень огорчило Коплана, но, кроме того, его поразили две вещи.
Жиль Кордо был единственным из работников посольства, кто своими глазами видел его три года назад, когда он действовал в Монреале под именем Фернана Дюпюи. К тому же он умер приблизительно в тот момент, когда второй Дюпюи — ненастоящий — исчез из обращения.
Совпадение настораживало: единственный свидетель, способный заметить подмену и разоблачить самозванца, умер как раз перед тем, как Фернан Дюпюи растворился в неизвестности.
Коплан невозмутимо заметил:
— Полагаю, что если было произведено вскрытие, значит, причина смерти казалась неестественной?
— Действительно, — согласился Нолен, наливая себе вторую порцию рая. — Во время медосмотров, которые Кордо проходил регулярно, у него никогда не было ни малейших признаков сердечной болезни. Если вы были с ним знакомы, то должны знать, что он был не более эмоционален, чем бетонная плита. Его внезапная смерть произвела настоящий шок. Принимая во внимание его истинные обязанности, мы, как вы догадались, не удовлетворились заключением районного врача, вызванного после обнаружения тела.