Мелководный ручей уносил бирюзовую в'орннскую кровь. Ни головастиков, ни кундалианки не было видно.

- Я имею в виду в деревнях, вдали от любопытного взгляда регента, кхагггуны делают все, что хотят. Во всяком случае, я слышал такие разговоры.

Аннон тоже слышал об этом, но промолчал. Мальчики с растущей тревогой осматривали раны Аннона.

- Мне это не нравится. Рана ужасно распухла. - Курган дотронулся до потемневшей кожи между бороздами. - Клянусь Энлилем, похоже, он оставил в тебе кусок когтя.

- Думаю, нам лучше попытаться вытащить его. Курган кивнул и вытащил из-за пояса нож с тонким лезвием.

- Готов?

Аннон кивнул, сжав зубы. Он отвернулся, когда кончик ножа вошел в рану. Вскрикнул, потом снова. Курган дал ему кусок сыромятной кожи, на который подвешивал добычу. Аннон засунул ее в рот и крепко закусил. Через три минуты он потерял сознание.

Курган привел его в себя, плеснув на лицо воды.

- Бесполезно, - сказал друг. - Я могу выпотрошить голонога, но я не хирург. Чем больше я залезал, тем глубже уходила эта чертова штука.

Аннона обволакивала боль.

- Благодарение Энлилю, богу войны!

- Не думаю, что начнется заражение, - заметил Курган. - Мы тщательно промыли рану. - Он оторвал рукав рубашки.

- У-у! - вскрикнул Аннон. - Поосторожнее, когда затягиваешь!

- Так ведь надо крепко. Мы же не хотим, чтобы началось кровотечение, верно?

Аннон осторожно вздохнул.

- И как?

- Не смертельно.

- Слова истинного в'орнна, - хмыкнул Курган. Аннон кивнул, принимая похвалу.

- Нам лучше идти, если мы хотим попасть домой до ужина.

- Я говорил совершенно серьезно. - Курган положил руку другу на плечо. - Прежде чем мы уйдем, давай заключим договор. Давай принесем сэйгггон: мы никогда и никому не расскажем о том, что произошло сегодня. Согласен?

- Согласен, - ответил Аннон. Они сжали друг другу запястья, потом соприкоснулись окумммонами. Между ними проскочила искра.