- А чего тогда мы приперлись, ма? - спросил Рон. - Раз мы его не знали и нам ничего не светит?

- Из уважения к усопшим, Рон, - повторила мать и опять усмехнулась, и потом, нам же дали деньги на поездку, я ведь говорила. Если бы мы не поехали, пришлось бы все вернуть. Ты же знаешь свою маму. Подсуетишься чуть-чуть - получишь на чай. В нашем теперешнем положении...

- Что, папа опять задерживает? - поинтересовался Рон.

- Как обычно. - Нотка горечи прокралась-таки в ее ответ. - Потом, у него, наверное, своих забот полно. Попробуй, содержи две семьи одновременно.

- Миндальничаешь ты с ним, ма. Судить надо сукина сына, и все, сказал Рон.

Женщина хлопнула себя по коленке новой черной перчаткой.

- Попридержи-ка язык, сынок. Он пока что твой отец.

- Биологически, ма. Чисто биологически.

- Побудь в его шкуре, Рон. Если бы ты побыл чуть-чуть в его... Кажется, приехали.

Они повернули на улочку, заросшую кленами с огромными красными листьями. Ворот не было, только кирпичные колонны. Сквозь деревья было видно, как строгие линии стриженых газонов сходятся в перспективе. Будто траву здесь ткут, а не выращивают.

- Вот те раз! - воскликнул Рон. - Ты смотри, что творится! Может, мы не туда попали, ма?

- Я ехала за той машиной, - показала мать. - Да и дом нам нужен №16.

- Номер дома? - удивился Джейми. - Да я не видел на улице ни одного дома, кроме этого. Он САМ - целая улица. Посмотрите только на эти лужайки.

- Возможно. Улица Кленов, 16. Номер я видела на почтовом ящике, а то, что это клены, сомнений, кажется, не вызывает.

- Миллионы, - задохнулся Джейми. - Этот дом СТОИИТ МИЛЛИОНЫ!

- Очень красиво, - осадила его мать. - Кажется, сын слюной изошел, чуть деньгами запахло.

- Проезд заканчивался кольцом метров за тридцать от дома. Чтобы добраться до ступеней, надо было еще пересечь широкую полосу гравия, сверкающего на солнце, как снег в горах, потом тротуарчик из плотно подогнанных булыжников.