— Разрешите, я разденусь? А то жарковато у вас тут.

И нахально, не дожидаясь разрешения, Алекс перехватил свою куртку и повесил на вешалку. Рядом прицепил шапку.

Все с удивлением посмотрели на него. Даже парень, сидящий за компьютером, оторвался от своего увлекательного занятия и бросил на Алекса недоуменный взгляд. Видимо в данном учреждении так вести себя не полагалось. «Ну и черт с ними, — огрызнулся про себя Алекс, — если есть вешалка, значит для посетителей, сами то они явно в этот шкаф свое барахло вешают».

Пока со слов Алекса заполнялась анкета титульного листа протокола, Алекс изучал своего следователя.

Никоненко Валентина Игоревна представляла собой женщину в полном расцвете сил. Кроме смеха. Этой миниатюрной шатенке явно не было и тридцати. На ее изящной фигурке хорошо сидел серый костюм, очевидно сшитый на заказ, гармонировавший со стальным цветом ее глаз. Косметикой Валентина Игоревна не пользовалась. Или почти не пользовалась. В этом не было особой необходимости. У нее были высокие скулы и широко расставленные большие глаза, короткий, слегка вздернутый носик и широкий рот с полными губами. Прическа казалась самой простой, но, тем не менее, выглядела отлично — чувствовалась работа опытного мастера. Обращал на себя внимание высокий, слегка выпуклый лоб, которого Валентина Игоревна видимо, стеснялась и поэтому прикрывала его ниспадающей челкой.

Несмотря на невысокий рост, в этой женщине чувствовалась какая-то внутренняя сила. Держалась она четко и очень уверенно. На столе у Валентины Игоревны тоже стоял включенный компьютер. Монитор был, повернут так, что сидевший на стуле посетитель не мог видеть изображения. Алекс неожиданно для себя понял, что на все вопросы этой женщины, в чем бы они ни заключались, он постарается ответить как можно правдивее, и не будет пользоваться своим конституционным правом свидетельского иммунитета. Валентина Игоревна ему понравилась.