Не то ли — обращение Царя к народу от души:
«Всякий день посрамление мое предо мною, и стыд покрывает лице мое от голоса поносителя и клеветника, от взоров врага и мстителя: все это пришло на нас, но мы не забыли Тебя и не нарушили завета Твоего. Не отступило назад сердце наше, и стопы наши не уклонились от пути Твоего, когда Ты сокрушил нас в земле драконов и покрыл нас тенью смертною…»
Твое обращение от себя самой к Благодетельнице и Благодетелю:
«Излилось из сердца моего слово благое; я говорю: песнь моя о Царе; язык мой - трость скорописца… Дочери царей между почетными у Тебя; стала царица одесную Тебя в Офирском золоте. Слыши, дщерь, и смотри, и приклони ухо твое, и забудь народ твой и дом отца твоего. И возжелает Царь красоты твоей; ибо Он Господь твой, и ты поклонись Ему. И дочь Тира с дарами, и богатейшие из народа будут умолять лице Твое…»
Обращение народа к Царю от души:
«Престол Твой, Боже, вовек; жезл правоты - жезл царства Твоего. Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих.»
И Бог помазал Бога… — это как?
И о тебе к народу, который перед лицом твоим:
«В мыслях у них, что домы их вечны, и что жилища их в род и род, и земли свои они называют своими именами. Но человек в чести не пребудет; он уподобится животным, которые погибают. Этот путь их есть безумие их, хотя последующие за ними одобряют мнение их. Как овец, заключат их в преисподнюю; смерть будет пасти их, и наутро праведники будут владычествовать над ними; сила их истощится; могила - жилище их.»
Где мудрый Бог, который бы обратил лицо на Сынов Кореевых и прославил их, как прославляет и обнадеживает Давида, и всех, кто с ним? Народ Кореев любил Бога не меньше Давида, но ему запрещено было входит в скинию собрания и приближаться к ковчегу. Им уже тогда не давали знаний, чтобы они могли выйти на волю. Ковчег тот в руке человека, но не в той руке, которой и убивают, и обнимают, и пищу принимают. Его нельзя дать человеку или взять назад, он всегда с ним, и там лежат скрижали с откровением, но многие ли смогли поднять его и открыть, чтобы заключить Завет с Богом?