Но вот Сивуч решил проверить в деле своих учеников и повел всех троих в городской музей.

— Секите, ничего не брать! Кентели поотрываю. Зырьте внимательно. Когда воротимся — устрою проверку, кто что оценил, как тот музей тряхнуть можно?

Больше полдня ходили они по залам, смешиваясь с толпой, наступая кому-то на ноги, зло отталкивали сдавивших их горожан. Их то прижимали друг к другу, то разносили по залам. Вышли они из музея лишь под вечер.

Растрепанные, потные, усталые едва доплелись до скамейки в скверике, собрались перекусить, увидели подъехавшие милицейские машины, услышали свистки, шум. И Сивуч, оглядев притихших пацанов, заспешил с ними домой.

Уже во время ужина один из ребят достал золотую монету из кармана.

— Спер. Не выдержал, — сознался тихо.

Второй выволок браслет сказочной красоты, какой нашли при раскопках археологи.

Задрыга достала маленькую статуэтку из сандалового дерева. На нее никто не обращал внимания, но она оказалась бесценной и стоила много дороже браслета и монеты.

— Выходит, все сорвали навар! — рассмеялся Сивуч, понявший, что выросли его ученики и теперь уже не пропадут, не станут обузой малинам.

— Знать, лягавые неспроста шухер подняли! Загоношились враз! Но мы успели смыться! Зато фраеров всех тряхнут, обшмонают до единого! Нам туда нынче шнобели не совать. Дважды в одном месте не фартит, — учил он «зелень» и рассказал им о своем случае:

— Молодняк я был тогда. Вроде вас — нынешних, зелень. Вот и стукнуло — судьбу испытать, влез с кентами в меховой. Знатно его почистили. И никто не попух. Мне по кайфу пришлось. И через месяц стал кентов подбивать снова туда возникнуть. Троих по бухой уломал. И все вчетвером накрылись. Попутали лягавые. Мы под шафе были. Не почуяли табачного запаха. А ведь продавцы — одни бабы. Менты ловушку подстроили. Разнесли слух по городу, что с Северов пушняк привезли. Мы и клюнули. Менты не кемарили. Живо схомутали. И всех в Сибирь. На пятнадцать лет. Если б не слиняли, так бы и откинулись там в сугробах. А по весне — на корм пушняку… С тех пор в одно и то же место не хожу. Не хочу живцом стать. И больше всего не доверяю слухам… Особо тем, о золоте, о пушняке, о выставках… На все эти хитрости менты наших кентов ловят. Как в капкан.