Он соскочил с седла, стукнулся лбом и громко разревелся. Вот такой был Бобби. Не все было столь живописно - думаю даже, больше ничего подобного не случалось... по крайней мере, до Успокоительного. Но я привел эту историю, считая, по крайней мере в данном случае, что крайности служат подтверждением нормы: жизнь с Бобби - это сплошной кавардак. В девять лет он посещал лекции по квантовой физике и курс алгебры повышенной трудности в Джорджтаунском университете. Однажды он своим криком заглушил все радиоприемники и телевизоры на нашей улице и в четырех соседних кварталах: он нашел на чердаке старый переносной телевизор и переделал его в широковещательную радиостанцию. Один старый черно-белый "Зенит", семь метров гибкого провода, плечики, подвешенные к коньку крыши,- и presto! В течение двух часов четыре квартала Джорджтауна могли принимать только WBOB.., которым оказался мой братец: он читал вслух мои рассказы, отпускал дурацкие шуточки и объяснял, что именно ввиду высокого содержания серы в отварных бобах наш папа так часто пукает в церкви по воскресеньям. "Но в общем-то он держит это в рамках,- успокаивал Бобби аудиторию примерно из тысяч трех слушателей,- приберегая главное до момента, когда надо петь гимны". Папа, которому это все не особенно понравилось, вынужден был уплатить семьдесят пять долларов штрафа и вычел их из содержания Бобби на следующий год. Жить с Бобби, о да... слушайте, я плачу. Интересно, это искреннее чувство или просто разрядка? Думаю, все-таки первое - Господь свидетель, как я любил его, но, видимо, надо все-таки поторопиться. По существу Бобби закончил среднюю шкалу к десяти годам, но никогда не получил степени бакалавра, не говоря уже о магастре. Это потому, что мощная стрелка компаса в его голове все металась и металась туда-сюда в поисках истинного Северного полюса. У него был физический период и более короткий, когда он свихнулся на химии...