– Привет, Лу! – Ники хлопнул его по плечу, где–то в глубине души надеясь, что почувствует металл.

Но роботов сегодня изготавливают не только из металла. Некоторые фирмы используют материалы, уже – мало отличающиеся от живой ткани.

– Привет… – удивленно отозвался Лу, выпрямляясь.

Он надвинул кожух на станину и хмуро посмотрел в лицо Тина, гадая, чем вызван такой приступ дружелюбия.

– Хочу проконсультироваться у тебя – как у профессионала, как у специалиста по оружию, – сообщил второй пилот.

– Ты же сам был военным, – нахмурился Лу.

– Я давно в отставке. А техника не стоит на месте… На корабле я видел в оружейной комнате новую модель, «джан–стандарт–15». И не совсем понял, какой там принцип запирания.

– Как у «шорт ковентри».

– Понятно. Спасибо. А калибр игольчатой винтовки?

– Малой или средней?

– Малой. 

– Пятнадцать. Мощность заряда повышена, и в плечо немного отдает, несмотря на амортизаторы. Для точного огня лучше взять «гейзер–21».

– А какой стандартный калибр имеет «кольт–писмейкер»?

– Сорок пятый, одиннадцать и сорок три десятых миллиметра. Там мягкая свинцовая пуля, без оболочки.

– Спасибо, Лу, – сказал Ники и широко улыбнулся, глядя в глаза Брэндона.

Стрелок понял, что прокололся.

Ответная улыбка сползла с его лица. Калибр этой когда–то популярной модели «кольта» вряд ли с ходу назовет хотя бы один из тысячи историков ручного огнестрельного оружия.

– Я бы мог спросить, какая отдача у карабина «винчестер», но ведь нам и так все понятно?

А на лице Лу смешались простые, но сильные эмоции. Отчетливо читались досада на себя, обида и – боль, оттого, что кто–то чужой бесцеремонно коснулся чего–то сокровенного. Арест и наказание Брэндона смущали меньше.

– Ты агент Бюро? – пробормотал он. – Как же я сразу не догадался…