– Понятно… – Лекарь почувствовал, как ледяная рука, сжимавшая сердце, отпустила. – Вот ты зачем меня звал… А что Белка?

– А что Белка… Белка все знает. Мы с ней еще третьего дня все обговорили…

– И сыну сказали?

– И сыну сказали… да он и сам все понял. Я думал, испугается поначалу, а он спокойно так выслушал… Выслушал, значит, а потом спросил… Правда, говорит, что тягловые живут… могут жить триста лет? А я и не знал, что ответить. Наш-то, получается, всего двадцать лет проходил в плуге. В долине самый старый – у Передела. Он врал, что тягловому его семьдесят лет…

– Шестьдесят четыре, – сказал Лекарь. – А тягловые и вправду могут жить до трехсот лет.

– Триста лет… – Молчун продул трубку и спрятал ее в карман. – Значит, он и меня переживет, и всех остальных…

– Если его кто-нибудь не загонит.

– Да не сыпь ты мне соль на рану! – взмолился Молчун. – Думаешь, мне легко сейчас? Думаешь, я сразу решился? Всякое передумал. Всякое. И страшное тоже… Еще до солнца до этого проклятого! С одним тягловым – это ж не жизнь, страдание одно! Пока сын был жив, еще кое-как, а тут… Завести второго… А кормить чем? У меня кормильцев на одного тяглового еле хватало. Сам же знаешь! Сам! Нужно не меньше четырех человек, чтобы тягловый мог кормиться. Четыре кормильца! А у меня? Ладно, я, Белка и трое детей. Вроде получается. И еще невестка со своими… Со старшим моим, еще как он жив был, прикидывали, что вроде может получиться. Если его считать, да невестка прекратит грудью своего младшего прикармливать, тоже, значит, можно в кормильцы ее определить. Значит, получалось у нас семеро кормильцев на двоих тягловых. Если решимся, конечно… С двумя-то мы подняли бы землицы вдвое больше. И с кормежкой получилось бы у нас получше, а значит, и кормильцам полегче было бы… Совсем уж собрались было тебя звать, да кабан тот проклятый… А теперь вот… Если будет новый тягловый… Когда будет новый тягловый, – торопливо поправил себя Молчун, – нам нужно будет продержаться еще лет пять. Потом старший внук подрастет и тоже… в кормильцы. А через еще лет пять – женится, а подрастут еще двое внуков… Выкрутимся. Точно, выкрутимся… Но ты мне скажи, почему все так выходит?