На этот раз Дэвид заметил его приближение. Белокурый юноша бросил на Скотта полный злобы взгляд и снова отвернулся к ограде. Когда Скотт подошел, Дэвид сказал шепотом: — Как ты смеешь запрещать мне надеяться? Надежда это все, что у нас осталось.

Скотт воспринял эти язвительные слова, как нечто заслуженное. Он кивнул на дорогу, ведущую из строения. — Что там есть такого, чего ты так сильно хочешь? Идти то некуда. Мертвецы повсюду. А здесь, как нам известно, нас хотя бы не выпотрошат и не сожрут.

— А какой смысл в такой жизни? — парировал Дэвид.

— Хэнк и Бак, вон те деревенщины, поспорили бы с тобой. Они едят, дружат меж собой, и раз в два дня забавляются с дамочками, которых жмуры держат взаперти.

— А ты бы со мной поспорил? — спросил Дэвид.

— Нет, — ответил Скотт, — Не поспорил бы.

— Тогда что будем с этим делать? — ухмыльнулся Дэвид.

Скотт протянул Дэвиду руку. — Я Скотт. Скотт Бургесс.

Дэвид пожал ему руку. — Меня зовут Дэвид.

— Знаю, — рассмеялся Скотт. — Ну, Дэвид, похоже, у нас есть о чем поговорить.

5

Стивен поставил полбутылки виски на стол. Он хотел выпить всеми фибрами души. Жаждал ощутить то обжигающее тепло, когда спиртное польется ему в горло, но не мог заставить себя открыть бутылку. Слишком много людей зависело от него. Он не просился на эту работу, но «Королева» была его кораблем. Он любил ее больше всего на свете, и даже если она пойдет ко дну, он не оставит ее. Он знал ее как свои пять пальцев, но за последние месяцы она изменилась почти до неузнаваемости.