Внизу, под надежным укрытием из веток, раздались голоса. Склонив голову, Розамунда прислушалась. Кажется, Томас вернулся из путешествия. Брат не имел обыкновения заранее предупреждать, когда приедет, так что удивляться не стоило. Да и гостей привозил нередко. Сейчас второй голос казался незнакомым. Посетителей в Скэдбери бывало много: некоторых можно было с уверенностью назвать друзьями, другие с трудом поддавались точному определению. Эти люди старались держаться в тени, редко снисходили до взгляда или кивка и никогда не разговаривали. Приезжали и уезжали, когда заблагорассудится, и непременно уединялись с Томасом в кабинете. Розамунда давно научилась не обращать на них внимания, тем более что дорожила одиночеством.

Голоса приближались, и она внимательно посмотрела сквозь листву. Наблюдать сверху, из укрытия, за шагавшими по аллее мужчинами оказалось невероятно интересно. Вот они остановились, повернулись друг к другу и внезапно замолчали. Кажется, пришла пора заявить о своем присутствии.

Но Розамунда, словно завороженная, наблюдала, как двое взялись за руки и, прильнув друг к другу, принялись страстно целоваться. О, если бы можно было оказаться где угодно, только не здесь, на яблоне! Момент упущен, показываться поздно. Оставалось лишь молиться, чтобы Томас никогда не узнал, что сестра подглядывала. В обычной жизни брат вел себя с младшей сестрой по-дружески просто, беззаботно и обходительно, но, как правило, вниманием не баловал. Такое положение устраивало обоих. Однако сердить его не стоило - гневался Томас бурно, - а потому Розамунде вовсе не хотелось испытать на себе неизбежную в данном случае ярость.

Оставалось лишь затаиться и наблюдать. Не размыкая объятий, мужчины отошли с дорожки. Незнакомец прислонился спиной к дереву, а Томас прижался к нему.