В пиршественной зале играла музыка. Она была величественна, спокойна, она завораживала, от нее кружилась голова. Звонкое эхо прыгало в стенах. Музыка что надо, не какой-нибудь танцевальный поп школьной группы.
К тому же инструменты играли сами по себе. Они двигались, струны, клапаны и фанфары прижимались, поднимались и опускались, но музыкантов не было.
Юрка-худрук сказал однажды, наставляя кого-то: «Живая музыка». Теперь Павлин понимал, что такое живая музыка.
Пиршественная зала освещалась огромной, полной синих свечей люстрой, низко свисающей с потолка. Витражные окна переливались миллионом оттенков. Неровные серые стены были украшены темными портретами привидений.
Большой стол в зале, стоявший буквой «П», был накрыт на одну персону. На полу подле стола сидели, пуская слюни, облизываясь и ворча, избалованные королевские борзые.
Павлин сел на позолоченный и удобный резной трон. Да, трон должен быть удобным — правители не могут ерзать на нем, как на школьном стуле.
Музыка тотчас смолкла, и одиноко ударили фанфары. В зале появились прислуга, несущая блюда на подносах.
Вот худрук Юрка, барабанные палочки торчат из кармана мятого засаленного котарди. Король нахмурился. Школьные привычки худруку лучше бы забыть. Не школьный музыкант, но королевский паж! Король оттолкнул серебряное блюдо, и огромная жареная птица досталась борзым собакам. Те с урчанием и визгом разодрали добычу на куски. Придется отрубить пажу правую руку.
А вот и Жанна. Но с королевской ли кухни объедки, поданные ею? Пристало ли королю трапезничать из хлевного корыта? Некоторые правители за такое горячими угольями кормят. Не простоять ли ей сутки на одной ноге? А потом не повисеть ли на другой? Или заточить ее в тесную клетку — где ни лечь, ни встать, ни распрямиться?
Король подал знак, и снова прозвучали фанфары. Их звук был одинок в пустынной зале — рыцари уехали добывать подвигами славу.
В обеденную залу, сильно хромая, проковылял королевский шут — карлик, созданный злыми чарами урод. У него росли недоразвитые добавочные челюсти. Это была Анна Ивановна в мужском обличье. Передвигаться по-собачьи, как того желал король, она так и не научилась. Павлин предполагал лишить ее добавочных челюстей вместе с головой. Он приказывал не впускать ее во время трапезы. Как она здесь оказалась?