«Баржа перенесена в порт планеты Мнемозина. Покупатель найден. Три миллиона галактоюаней будут доставлены вам немедленно по факту продажи.»

– С ума сошел! Верни ее обратно!

Зеленые буквы размылись, словно в недоумении.

– Верни все обратно! Назад! Черт, не вижу, что он там пишет. Откат!

«Откат выполнен.»

– Нья, что это было? – Казюлин едва не взрывался от переполнявших его эмоций. Испуг, восторг, недоверие, смущение – все перемешалось в бедной капитанской голове, как у юнги при первом гиперскачке.

Бомж ощупал мягкий пол рубки и улегся на него, раскинув тощие зеленые руки.

– Бог корня испытывал нас.

– Какое, к чертям, испытывал – издевался. Но я не понял, это было на самом деле или мне показалось? Баржа просто исчезла!

– Если вы о том, как нас выбросило в большую пустоту, то полагаю, на самом деле, – меланхолично сообщил Нья. – Бог корня могуч и дела его велики.

Капитан Казюлин забегал по рубке, бросился в кресло пилота, ухватился за штурвал и успокоился только, когда баржа привычно тронулась с места, послушная движению его рук.

– То есть делать что-то из ничего он не умеет, – пробормотал капитан и запустил просчет прыжка до Моншерами. – Учтем на будущее…

Он посмотрел в угол, где в ошметках зеленого тумана безмятежно светилась надпись: «Огласите желание».

– Загрузи трюм яйцами киви, – и, спохватившись, добавил, – Свежими!

«Желание принято и исполнено.»

Дальнейшее заняло три секунды, не более.

Раз – повинуясь заданной программе, баржа вошла в гипер. Два – ее тряхнуло, и вся она разом наполнилась хрустом, писком и клекотом. Три – резко изменившаяся масса баржи переколбасила все настройки прыжка, гипер подхватил ее и вышвырнул, куда попало.

Казюлин застыл в пилотском кресле, обалдело глядя на никем и никогда не виденный рисунок созвездий.

– Нья, что там? – слабым от потрясения голосом позвал капитан.