Он перевел взгляд на площадку позади тюрьмы, которую не мог как следует рассмотреть с противоположного берега реки.

Это был абсолютно ровный участок земли с разбросанными там и сям небольшими группами деревьев. Позади них Болан различил башню и небольшие фонари, в определенном порядке расставленные на земле: здесь помещалась взлетно-посадочная полоса военной базы. Наконец еще дальше просматривались очертания казарм и складов.

Между храмом и оградой выстроились в ряд маленькие строения в форме пагод.

На крыше каждой из них стояла поворотная телевизионная камера, просматривавшая сектор с углом в сорок пять градусов.

Еще целую минуту Палач изучал, как действуют камеры на двух ближайших к нему пагодах. Их сектор обзора полностью перекрывал тот участок, который ему предстояло пересечь, чтобы добраться до храма. Он быстро высчитал скорость их вращения и точно определил маршрут, по которому следовало двигаться к ближайшей пагоде.

После чего он устремился вперед. На ходу засунув бинокль за пояс и напряженно глядя в темноту, словно дикий зверь в поисках добычи, он отбежал от берега и скрылся в высокой, покрытой ночной росой траве.

Возле металлической ограды он присел на корточки и прислушался. Характерный вибрирующий звук подтвердил его предположение: ограда находилась под напряжением.

Болан извлек из маленького мешочка на поясе пару изолирующих зажимов, соединенных трехметровым куском провода, и приладил их к ограде — одну справа, а другую слева от себя. Мак перекусил кусачками верхний провод ограды, и ток пошел по проводу между зажимами.

Остальное было уже просто: Палач перемахнул через ставшую безопасной ограду и мягко приземлился с другой стороны.

Выждав несколько секунд с «береттой» наизготове, он затем сорвался с места и опрометью бросился к спасительной стене, так что ни одна из двух камер не успела его засечь.