Клин дрейфовал в сторону заката. Он не спешил и собирался тралить не раньше, чем через два-три часа, точно зная, что делает. Его интуиция стоила совершенного японского снаряжения, которым они вылавливали тунцов и крабов.

Некоторое время спустя его мысли вернулись от Кордера и браконьеров к высокой привлекательной брюнетке, которую Клин встретил во время последнего посещения отеля Роял Хэймэн. Каролина де Бруннер. Он представил ее так реально, словно она сидела в одной лодке с ним. Это была самая восхитительная женщина из тех, которых он когда-либо знал. Упругая грудь, розовые соски, которые темнели, твердея от возбуждения. Восхитительные белые бедра с соблазнительно подстриженной полоской волос между ними. Это необычная женщина, решил он. Она не могла быть ни днем старше тридцати лет, несмотря на то, что пережила Трех мужей. Холодная и бесстрастная во время первой встречи, она, как оказалось, была способна любить так, что становилось жарче, чем среди лета на побережье Бонди. Клин понравился ей, хотя это его удивляло. Насчет ее выбора у него не было ни единого соображения. Каролина ничего не могла знать о его сбережениях в банке Маккай, деньгах, заработанных им за ловлю крабов и так и не потраченных. При первой встрече Клин демонстративно не замечал ее. Возможно, это и задело красотку. Ей наскучили лживые признания в любви. Де Бруннер нуждалась в чем-то более простом, плотском. Она становилась словно пучком энергии, когда дело доходило до секса. До сих пор Клин чувствовал дрожь от прикосновений ее пальцев к плечам и груди во время двух длительных оргазмов, они просили его снова и снова. Ни одна женщина не могла удовлетворить Клина прежде. Он всегда хотел больше, чем они. Бывшая жена Д. С. де Бруннера, техасского нефтяного магната, была ненасытна. В конце концов изнеможденная, она засыпала, а Клин выскальзывал из комнаты.