По дороге, которая внезапно, перед самым куполом, исчезла. Как вродетюльпаны сомкнули свои ряды, Андерс с Люсьеной не заметили. Не до того сразу стало. Бутоны раскрылись… Первый заряд достался Люсьене. Какой-то газ… нет, Андерс не знал, почему он сам выжил. Получил ведь своё, получил тоже, иначе не лежал бы сейчас в реанимационном блоке тряпка тряпкой. Люсьена умерла почти сразу…

Серебристая желеобразная масса… Зараза. Чёртовы археологи, дети недоразвитые. Обязательно им понадобилось в неё лопатой ткнуть!

— Выжечь… спалить всех к чёртовой матери… — плакал Андерс, и невыносимо было видеть мужские слёзы. — Спалить… дрянь…

Леночка вколола ему успокоительного. Он умрёт. Умрёт, если срочно не доставить его в хороший медпункт. Ближайший хороший медпункт — в трех днях полёта отсюда, на стационаре "Моби Дик"… н-да.

Двести метров до корабля через поле враждебных тюльпанов…

Леночка вышла из медицинского блока. Посмотрела на купол. Он действительно помутнел или это только так казалось? Должно быть, в раскрытом состоянии бутон выделяет какие-то чрезвычайно едкие вещества. И почему никто не догадался о костюмах химической защиты? Археологам ещё простительно, но она-то, Леночка, куда смотрела? Но…

Синие цветы не причинили мне вреда

Синие. А снаружи вовсю цветут — красные. Которых, пожалуй, даже скафандр высшей защиты не остановил бы. Вон они купол-то как объели. Смотреть страшно. Ещё немного… может быть, день или два… и купол рухнет.

Леночка остановилась возле клумбы, испоганенной выстрелом плазмогана. Но эти-то вродетюльпаны были безвредны! Ад бы забрал этого истерика Андерса.

Но что это? Из пепла тянулся новый росток! С бутоном.