В отдалении виден огромный склад, и я невольно вздрагиваю. Паскудная здоровенная коробка, проволочная ограда прорвана в нескольких местах. Там стоит еще несколько полицейских вертолетов и «рейнджер» коронера. Тонкая синяя линия, растянувшаяся по периметру машин, ведет огонь по всему, что движется за поломанной изгородью. С высоты видны вспышки ответных выстрелов.

Лыжи упираются в корявую мостовую, и мы выскакиваем один за другим.

— Куда теперь? — Выхватываю пистолет, озираюсь.

Деррик показывает и хватает меня за руку. Мы бежим к входу. Наше прибытие заставляет полицейских выдвинуться вперед, и огонь усиливается. Диди подключила меня к полицейской волне и слушает.

— Офицера подстрелили! — Справа от меня кто-то шмыгает мимо упавшего полицейского, раненного в бедро. Мои движения быстры и отработаны до автоматизма. Повернуться, припасть на одно колено, прицелиться, плавно спустить курок. Еще один звук в какофонии боя, еще одна жертва падает навзничь. Зияющая рана в груди — вот все, что он получает за свои подвиги.

— Хороший выстрел. — Деррик относится к убийству чересчур просто. Мы входим внутрь.

Ледник — пережиток прошлого века и относится к дохолодильной эпохе. В Южном Централе больше нет электричества — ни одна энергетическая компания не возьмется обслуживать этот район. Вдоль стен лежат глыбы потеющего льда, и очень холодно. Изо рта идет пар.

— Ваш труп вон там.

Я жалею, что одета в мини. Убитая — довольно привлекательная женщина, рост пять футов два дюйма. На ней украшения — немногочисленные, но подобранные со вкусом и дорогие, и стрижка аккуратная. Секретарша видного босса.

Совершенно неуместная здесь.

Бригада коронера снимает показания с термодатчиков, введенных в анус и в рот. Приличия соблюдены — мне виден только тонкий проводок, ведущий под юбку Ривы. Я называю ее Ривой, потому что вскоре познакомлюсь с ней очень близко — ближе, чем мне бы хотелось.