
«А дождь-то откуда?» – скользнула мысль, и Инга выглянула на улицу, но окно облепил смог, словно снаружи стекло затянуло серой тканью, и не было видно, что там творится. Инга в нерешительности потопталась перед окном, переводя взгляд с дождевых потоков, низвергающихся с потолка, на смог и обратно и рванула окно на себя, впуская в тщательно охраняемую берлогу дым и жару, граничащую с безумием. В носу неприятно защипало. Глаза стали слезиться. Из груди наружу рвался кашель. Но Инга определила, что за окном никакого дождя не было.
Захлопнув окно и тщательно заперев его на все замки, Инга раскашлялась. Когда унялся кашель, и Инга Львовна смогла дышать свободно без резких спазматических вздохов, она смогла задуматься и сопоставить два несопоставимых факта.
На одной чаше весов лежала дырка в потолке и дождь, который хлестал внутри квартиры.
На другой чаше отсутствие дождя снаружи квартиры.
«И откуда тогда дождь этот взялся?» – подумала Инга Львовна и потеряла сознание от испуга, увидев сквозь дождь светящийся глаз, заглянувший в дырку в потолке.
3Когда Инга Львовна обрела сознание, то первое, что она увидела, была лохматая рыжая голова со сморщенной кожей лица, беззубой улыбкой и волосатым картофелеобразным носом. Голова торчала из дырки в потолке и безумно вращала глазами.
– Чего выставилась-то? Крышника, что ли, не видела ни разу? – вопросила голова и скрылась в дырке.
Инга Львовна закрыла глаза и попыталась представить, что она спит, и дырка в потолке не более чем антураж сна, но у нее ничего не получалось. К тому же кто-то настойчиво тряс ее за плечо.
