— Хорошо, что Кит не пошла с нами. Мне нужно сказать тебе одну вещь, — громким шепотом сказал Карамон. Он боязливо оглянулся назад, чтобы убедиться, что сестра не наблюдает за ними. Дверь с треском захлопнулась. Исполнив свой долг, Китиара отправлялась спать дальше.

Дети прошли по древесным подвесным дорожкам сколько было возможно. Затем, когда веревочные мосты закончились, близнецы сбежали по ступеням на лесную землю. Узкая дорога, достаточно широкая для одной телеги, вела в нужном им направлении.

Мальчики сжевали по ломтю черствого хлеба, которые они отломили от куска, лежавшего на столе.

— Смотри, тут на хлебе что–то зеленое, — заметил Карамон в перерыве между двумя откусываниями.

— Это плесень, — сказал Рейстлин.

— А–а. — Карамон доел хлеб вместе с плесенью, бормоча, что он «вовсе не плох, только немного горьковат».

Рейстлин осторожно отделил ту часть хлеба, где росла плесень. Он внимательно осмотрел ее и положил кусок в сумку, которую всегда с собой носил. К концу дня она заполнялась разными представителями растительного и животного мира. Он проводил вечера, изучая их.

— До школы долго идти, — сказал Карамон, взбивая босыми пятками дорожную пыль. — Почти пять миль, говорит папа. И когда ты будешь там, тебе придется сидеть за партой весь день и не шевелиться, и тебе не разрешат выходить, и вообще ничего не будут разрешать. Ты уверен, что тебе там понравится, Рейст?

Рейстлин видел школу только один раз. Внутри была большая комната, где не было окон, чтобы ученики не отвлекались, глядя на улицу. Пол был каменный. Парты были высокими, так что зимой ноги не мерзли на холодном полу. Ученики сидели на высоких табуретах. Вдоль стен тянулись полки, на которых располагались банки с лекарственными травами и другими вещами, от приятных глазу до отвратительных или таинственных. В этих банках хранились ингредиенты, необходимые для заклинаний. На остальных полках лежали футляры со свитками внутри. Многие свитки предназначались для того, чтобы ученики писали на них, и были чистыми. Но некоторые не были.