Стоило ей прочесть переданную Навреном поэму один-единственный раз — и текстисчез из блокнота, словно растаял. Он продолжал жить только в памяти Сарри.
Дождавшись возвращения на вахту невролога, она поспешила к Наврену. Преждечем она открыла рот, он заявил:
— Я тебе ничего не давал. Если ты станешь утверждать обратное, я рассержусь.
Он мастерил какое-то устройство, скорее всего, собственной конструкции. Вмастерской было шумно и тесно от приборов, но кроме них двоих, здесь не былони души. Тем не менее что-то принуждало Сарри то и дело оглядываться через плечо.
— Я ожидал от тебя большего, Сарри. — Он продолжал сборку. — Славный Голосвзирает на Вселенную чужими глазами. Я прав? Смотри мне в глаза! Посмотри искажи, что я вижу.
Она ненавидела его.
— Оставь меня, — простонал он. — Убирайся! Не мешай работать.
Они достигли живого моря строго по расписанию.
Успех был отмечен короткой праздничной церемонией: Наставники поблагодарилиживых существ за усердную работу. Насыщенная жизнью вода сама поднялась надва километра, далее была перекачана мощными насосами в изолированные трубы,а оттуда — в специально опорожненную емкость из-под горючего и в аквариумЛильке. В лаборатории столпились члены команды, чтобы взглянуть на плодысвоих усилий. Один из фукианов, умудрившийся протиснуться в узкий проход,утверждал, что видел слабое свечение.
— Пить надо меньше! — заявила ему Лильке. Коллега, чей организм не выносилэтанола, был поставлен на место.
Незанятые в эксперименте представители органической жизни сгрудились впроходе и повели излишне громкий разговор. Генетик, стараясь не обращать наних внимания, приступила к первым опытам.
Вода была обжигающе холодной и богатой химическими элементами, что