- Знаете ли... нынче я не служу. Нынче я просто сижу дома и, сидя за столом... служу. Я, знаете ли, - сочиняй рассказы. Да, вот именно, обыкновенно я сочиняю короткие рассказы. А затем, когда их будет достаточно для небольшой книжки, несу в издательство. Ну а затем обыкновенно жду... То есть обыкновенно жду месяца три. Затем звоню редактору отдела... Впрочем, это вам малоинтересно.

Если вдруг случается быть в гостях, то хозяйка меня представляет так:

- А это наш писатель, будьте знакомы...

А я тут же непременно наливаюсь конфузливым морковным соком, и после того, как в моей обыкновенной внешности пробуют отыскать что-то необыкновенное, что-то значительное, писательское...

И я что-то обыкновенное бубню, вроде:

- Ну, знаете ли... я сочиняю обыкновенные рассказы. Знаете ли, не больше, чем пол-листа. Сижу, знаете ли, и сочиняю, что в голову взбредет... Почему-то печатают. В Союз, знаете ли, писателей приняли. В Литфонд тоже, знаете...

И всем сразу становится легко и приятно, и никто не испытывает неловкости, ущемленности в моем присутствии, потому что оказывается: их познакомили не с писателем, а просто с обыкновенным человеком, который ко всему прочему не занимает никакой значительной должности, а как какой-то ненормальный сидит себе дома и сочиняет, что взбредет в голову...

И я тоже успокаиваюсь и перестаю наливаться вегетарианским соком. Я догадываюсь: эти милые простые люди думают сейчас так: "Уж рассказик-то сочинить я и сам не дурак! А напечатать... Да у этого типчика наверняка знакомства там разные. Вот дурака и печатают!"

И, знаете, мне лично по душе, что в данную минуту обо мне думают не очень, что ли прилично. Мне совершенно не нужно быть в центре чьего-то внимания. Я вообще никогда не стремился в людской эпицентр. Мое место в массовке. Мое истинное призвание в этой жизни всегда быть в толчее, в очередях, в общественном транспорте и прочем общедоступном.