Неторопливо читал вечернюю молитву у себя во дворце Хеир-Ага – главный человек в Шадизаре, хозяин бесчисленных сокровищ, владелец обширного гарема, родитель единственного сына и нескольких законных дочерей. Наместник просил богов вернуть ему милость повелителя, который в последние месяцы отчего-то перестал обращать внимание на некоторые нижайшие просьбы шадизарского сатрапа – не иначе как из-за происков врагов. Просил уничтожить, стереть с лица земли своих недругов, подобных низким шакалам, или хотя бы унизить их в глазах властителя Заморы. Еще Хеир-Ага просил всесильного Митру об успешном исходе дела, которое могло бы возвысить его и сделать вторым человеком в государстве. Речь шла о его старшей дочери, пятнадцатилетней Айсе, слава о красоте которой дошла до ушей владыки. Скоро счастливый отец отвезет дочь в Аренджун, и если слухи о ее прелестях не покажутся повелителю преувеличенными, то Хеир-Ага сможет надеяться на многое, даже – эх, подсобил бы немного Митра! – сумеет стать тестем высочайшего. О такой великой удаче, впрочем, рано было говорить с Подателем Жизни, который, как известно, не терпит заносчивых. Сообразив это, наместник торопливо попросил Владыку Света не сердиться. Потом, немного подумав, обратился с просьбой о везении к Белу и Иштар, пообещал им богатые дары в случае, если дело все-таки выгорит, и отправился спать.

Конан и Ухарта ничком лежали на гребне стены, окружавшей дворец. С одной стороны от них благоухали густыми цветочными ароматами ветви пышного сада. С другой, пыхтя и лязгая оружием, проходила пятерка стражников – одна из тех, что охраняли от всяческих напастей эту самую стену, сад, дворец и самого Хеир-Агу.