
— Товарищ академик, — серьезно посмотрел на «докладчика» Генеральный секретарь. — Не понимаю, о чем мы ведем речь?
Человека, всю сознательную жизнь возящегося с реакторами, смутить было трудно, однако он все-таки прервал плавно текущую речь.
Сидящий в стороне Устинов кашлянул.
— Вы хотите что-то сказать? — повернулся к нему Брежнев.
— Разрешите, Леонид Ильич, я немножечко направлю нашего уважаемого ученого?
— Еще бы нет, Дмитрий Федорович. Вы же у нас главный направленец по науке, — Брежнев снова воззрился на Александрова, видимо желая пронаблюдать его реакцию на готовящийся доклад одетого в гражданский костюм генерал-полковника.
— Товарищи ученые, — Устинов предусмотрительно встал. — Мы ждали короткого, связного сообщения. Нам, безусловно, премного интересны все эти заумности, однако речь тут должна идти о конкретном деле. Партия, в нашем лице, всегда поддерживала фундаментальные науки на высоте, но не стоит забывать, во что это все обходится, выражаясь в наших рублях. И даже не в этих миллионах и миллиардах суть, следует помнить о том, что мы держим нашу науку на лучшем мировом уровне, а кое-где и выше, за счет нашего народа. Каждый тратящийся не по назначению рубль — это капли пота наших рабочих и колхозников, вылившиеся зазря. Мы с вами должны это понимать, никогда не терять из виду главное. Вот вы нам тут излагаете эти гипотезы, а суть-то в чем? Скажите нам, как специалисты, что приобретет наше народное хозяйство в случае успеха, в случае правильности ваших гипотез? Вот о чем должна идти речь. Оправдаются ли затраченные на это дело усилия ?
