— Ой, Александр Борисович, ползает еще. Но шустрая такая! И глазки уже такие умные.

— Это хорошо. Она у вас сколько весит? Знаете, легкие детки позже начинают ходить…

И, воркуя друг с другом, парочка направилась к столовой.

Алина быстро пошла к палате номер пять. Но тут путь ей преградил Тихий Паша. Кажется, в первый раз за весь день он ее увидел и, присев на корточки, широко распахнул руки и заорал во все горло:

— Здравствуйте!!!

Алина испуганно шарахнулась к стене. Однако никто не обратил внимания на громкий вопль — все на отделении давно привыкли, что Паша без конца здоровается со своими невидимыми друзьями. Глубоко вздохнув, Алина с разбегу проскочила мимо Паши, а когда тот попытался ухватить ее за ногу, просто перепрыгнула через его расставленные руки и опрометью бросилась в палату.

Паша ее не преследовал. Только разочарованно выдохнул:

— Вот так здравствуйте…

— Ну смотри, дочка! — Александр запустил программу.

Дисплей на несколько секунд потемнел, и Алина увидела хорошо знакомую ей картинку: тридцать обтесанных глыб, стоящих вертикально в круг и соединенных поверху каменными перемычками. В геометрическом центре круга лежал большой камень. Именно так выглядел мегалитический комплекс Стоунхендж в субпространстве Зоны, которое получило название «Изумрудная Башня» за характерный ориентир, возвышающийся над пустынной местностью и хорошо видимый издалека. Именно Александр Пыхало первым сообразил, что камень в центре — нечто вроде многофункционального интерфейса, с помощью которого можно управлять искусственными мирами, созданными кем-то для проникновения в нашу Вселенную.

— Компьютер Бога, — с гордостью сказал отец.

Он поводил пальцем по сенсорной панели, поворачивая комплекс туда-сюда и давая Алине возможность рассмотреть его со всех сторон. Потом приблизил центральный камень, представлявший собой правильный куб высотой в половину человеческого роста. Верхняя грань куба была испещрена неглубокими лунками: шестьдесят четыре — по вертикали, шестьдесят четыре — по горизонтали.