- Может, и нет, а я все-таки понесу, - твердо сказал Эгин.

Не давая Овель опомниться, он подхватил ее худенькое тело на руки и двинулся вперед. К счастью, Овель была легка, словно барашек.

Тем временем становилось все мельче и мельче, а значит, нести Овель становилось все легче и легче. Да и к запаху Эгин уже успел притерпеться. Овель, безропотно обхватив Эгина за шею своей тонкой ручкой, была безмолвна. Ее грустные глаза блуждали по глухим, без окон стенам домов. Что она пыталась там увидеть?

Эгин остановился. Дом Голой Обезьяны должен быть теперь в пяти, ну максимум десяти минутах ходьбы. Только бы слуги не спали. А то придется барабанить в дверь битых полчаса. Только бы Амма не спал. Тэн, тот, конечно, услышит первым, но так как он глухонемой, ему придется делать вид, что не слышит. Да и плевать ему на стук в дверь черного хода! Хозяин-то ведь не имеет дурной привычки являться домой через черный ход, а остальные его вообще не интересуют, как и всякого нормального соглядатая Свода Равновесия. Если кто-то из чужих слуг услышит его, Эгина, стук - еще хуже. И сплетни, и кривотолки, а там кто-то донос сподобится написать в Свод Равновесия! Ха-ха.

И тут он снова услышал лай. Не издалека, как ему показалось в первый раз. А изнутри. Из дома, что ли? Овель вскрикнула. Кажется, она что-то заметила. Всадник всегда замечает точку на горизонте быстрее лошади.

8

- Эй ты, парень, поставь девочку на крыльцо, а сам вали отсюда!

Да, это был непростительный промах. Коллеги из Свода подняли бы его на смех. Из-за хлюпанья воды не расслышать, как к тебе подкрался противник? Да такое даже салаги себе не позволяют. И то, что он, Эгин, все-таки слегка пьян, и то, что в голове у него - костюмированный бал еще со вчерашнего вечера, все это, в общем-то, не оправдания.

Овель дрожала всем телом. Эгин аккуратно поставил ее на ноги. На крыльцо - не дождетесь, а вот на ноги - пожалуйста. Меч выпорхнул из ножен Атена оке Гонаута. Овель закусила нижнюю губу и, кажется, приготовилась реветь опять. Но Эгину было не до этого.